Адин Штейнзальц, Амос Функенштейн. Социология невежества -
72 >
покоя церкви. Ибо это являлось всего-навсего астрономической гипотезой,
способной послужить основой для новых идей и вступающей в противоречие лишь
с другими астрономическими теориями.
И действительно, католическая церковь выступила с опровержением
гелиоцентрической системы лишь спустя 70 лет после обнародования теории
Коперника. И такая реакция церкви последовала только в ответ на заявления
Галилея, что теория эта верна и отражает истинную физическую картину мира.
Почему? Чем была обеспокоена церковь? Вовсе не тем, что теория эта
противоречила некоторым высказываниям святого Писания, и не тем, что она не
соответствовала теологическим построениям. В 14 веке Николь Орам, ученик
того самого Буридана, о котором мы упоминали в предыдущей главе, опубликовал
толстенную книгу, посвященную небесным явлениям, в которой он пространно
рассуждал о том, что можно предположить, что не звездная сфера совершает
суточный оборот вокруг Земли, а сама Земля вертится вокруг своей оси. И в
манере тогдашней схоластической науки, в манере свободных схоластических
диспутов, он приводил аргументы как в защиту этой гипотезы, так и против
нее. А по поводу таких высказываний Писания, как "Солнце, над Гивоном
остановись!", - он заявлял, как вслед за ним и Галилей, что "Библия говорит
языком людей" - Scriptura humane loquitur. Однако в конце всех этих
рассуждений Николь Орам провозгласил, что теория неподвижной Земли
превосходит теорию движущейся Земли, но не потому, что одни аргументы
оказались убедительнее других, а потому, что в пользу неподвижной Земли
говорит большее число аргументов.
Если так, то возникает вопрос, что заставило церковь выступить вдруг с
такой горячностью против Коперниковой теории, изложенной Галилеем и