Адин Штейнзальц, Амос Функенштейн. Социология невежества -
63 >
присуждения степени раввина в этих странах является западным новшеством и
явным подражанием системе, принятой в европейских университетах.
Напротив, в странах Востока, и даже в Испании, которая тогда была уже
христианской страной, к тому времени еще не возникли социальные и
интеллектуальные условия, необходимые для появления университетов,
преподавателей, студентов и дипломированных специалистов, прошедших курс
университетского обучения.
В предыдущей главе мы занимались проблемами становления университетов,
их функцией, которая в конечном итоге сыграла определяющую роль в деле
легитимации открытого знания. Следует сказать, что университет, по крайней
мере во внутренней своей жизни, в некоторых чертах своего профессионального
самоопределения выразил идею открытости, предоставляющей возможность делать
предметом рассмотрения любую тему, любую мысль и дающей право выносить о них
свое суждение. В связи с этим свобода слова, являющаяся для университета
лишь внешним вспомогательным средством, стала живой душой университетской
жизни, основой академических свобод, тем фундаментальным условием, за
которое университет боролся с момента своего появления на свет, и поэтому
даже в средневековом университетском дипломе особо подчеркивалось формальное
право его обладателя преподавать, быть учителем других людей, - ибо вот
именно он достоин обладать этой самой свободой слова, ему можно пользоваться
ею для того, чтобы учить, чтобы распространять знание. Поэтому возникает
впечатление, что университетская сфера - это сфера абсолютно свободного
знания, чуть ли не идеально свободного.
Однако именно в университетах мы вновь и вновь сталкиваемся с
