Адин Штейнзальц, Амос Функенштейн. Социология невежества -
41 >
в Греции, а в греческих городах, находившихся в Малой Азии; только благодаря
контактам с большим числом разных культур у греков появился алфавит, а вслед
за этим - зачатки научного знания. И лишь в определенной политической
атмосфере, благодаря политическому идеалу полиса, сумел развиться и стать
осознанным идеал открытого знания, превратившийся в ту точку отсчета, с
которой общество начало оценивать самого себя и свои принципы.
Сами греки никогда не отрицали того факта, что начатки культуры они тем
или иным образом восприняли от других народов. И они сами свидетельствовали
об этом, иногда открыто, в текстах исторического содержания, а иногда при
помощи мифологии. Даже медицина, как и многие другие искусства, пришла к ним
в виде мифа или в виде готовой практики извне, прежде всего с Востока. Но
открытое греческое общество оказалось готово воспринять эти знания. Это было
общество, которое создало открытое судопроизводство, законодательную
систему, отданную не в руки каких-нибудь жрецов, а в руки общественной
структуры, обязывающей общество делать законы достоянием гласности.
Справедливости ради следует отметить, что законы Хаммурапи были обнародованы
за много лет до возникновения греческой культуры, однако свод греческих
законов был доступен для каждого и хранился не в высшей судебной коллегии,
не у жрецов и не у представителей специальной касты судей, а находился в
распоряжении судебных структур, которые, конечно, не были демократическими в
современном смысле этого слова, но тем не менее являлись открытыми и не
требовали для участия в них каких-либо обрядов инициации. Поэтому внутри
греческой культуры появилась традиция, параллельная экзегетической традиции
евреев, - традиция толкования закона. Эта традиция утверждает, что