Э.В.Самойлов. Фюреры. Книга III: Общая теория фашизма -
5 >
своих чувств и мыслей с чувствами и мыслями близких людей. Почти полная
неспособность к дружбе у психопатов объясняется их неспособностью
проникаться чувствами и мыслями других людей; принимать в них участие,
сопереживать. Психопат настроен на потребление чужих положительных эмоций,
то есть знаков внимания, участий, согласия, восхищения и т. п. Здоровый
человек ведет себя так только тогда, когда болен, или в беде и нуждается
поэтому в большем, чем обычно, внимании, участии.
Резкие нарушения в эмоциональной сфере психики не могут не оказывать
определенного дезорганизующего воздействия на понятийную сферу. В целом это
воздействие выражается в подчиненности сознания господствующей в психике
эмоции, в подгонке, нанизывании мыслей па непреодолимое чувственное
влечение. Понятийный уровень в психике психопата занят преимущественно тем,
что объясняет, оправдывает, обосновывает какое-то неуемное эмоциональное
влечение. Теория В. Парето, согласно которой поведение человека определяется
прежде всего инстинктами, чувствами, а понятия, идеи выполняют функцию
объяснения, оправдания или маскировки (39, с. 39), для данных случаев
совершенно верна.
В психике фашистских "вождей" наблюдаются отклонения и в понятийном
уровне, проявляющиеся в симптомах психических состояний, обозначаемых
психиатрией, как паранойя.
Паранойя характеризуется стойким, порой систематизированным бредом,
который может отличаться сложностью, последовательностью, наукообразностью
содержания, то есть определенным внешним правдоподобием. Но каково бы ни
было содержание высказываний больного, во всех случаях в основе их лежит
какая-то изуродованная эмоция, которую в общем смысле можно охарактеризовать
как гипертрофированную жажду самоутверждения в том или ином качестве. В