Цезарь Солодарь. Дикая полынь -
19 >
Однажды, знакомясь с первым наброском стихов для песни
"Походная-пионерская", улыбающийся Дунаевский вдруг нахмурился.
Несколько раз повторив вслух задержавшую его внимание строку, он
серьезно заметил:
- Строчка совсем из другой оперы, чужеродная, совсем не
пионерская. Не обижайтесь, но от нее отдает чем-то скаутским.
Перечитав написанное, я искренне согласился с композитором и, не
ограничившись одной только строкой, тут же написал совсем новое
четверостишие. И когда заулыбавшийся Исаак Осипович одобрил
исправление, я пошутил:
- Как могла приблудиться к моим стихам такая строчка! Ей-богу,
Исаак Осипович, скаутом никогда не был, хотя вербовали меня
весьма-весьма усердно.
И вкратце рассказал Дунаевскому, как ретиво винницкие сионисты
сколачивали скаутский отряд. После небольшой паузы композитор, как бы
поразмыслив над услышанным, сказал:
- Моя юность прошла в Харькове, там не было такого обилия
сионистов, как в Виннице. Но и у нас они под фальшиво-романтической
дымкой пытались отравить мозги детворе. Я-то по возрасту в скауты не
годился, но за младшее поколение нашей семьи повоевать с сионистскими
агитаторами пришлось. И основательно. Да, свои скаутские отряды
сионизм насаждал по всей Украине. Что ж, это давно известно:
националисты всех мастей усердно ловят в свои сети юношество, у них
всегда наготове специальные ловцы юных душ... и особенно налегают они
на скаутизм. Тонкий расчет: понимают, что у мальчишки закружится
голова, когда узнает, что скаут по-английски означает разведчик!
Заманчиво звучит это для него, грезящего приключениями. Где уж тут как
следует задуматься над тем, кому служат бойскауты,
мальчики-разведчики!