Николай Николаевич Яковлев. ЦРУ против СССР -
26 >
малейшего сомнения, кто настроен "враждебно" и к кому, а поэтому опытный
дипломат Дж. Кеннан "забыл" их и любопытным порекомендовал сходить в архивы.
Хотя с легкоразличимым раздражением он подвел итог беспримерному набегу
американских конгрессменов на Москву. "Эпизод, сам по себе, конечно,
малозначительный, оказался одним из тех (а их было немало во время моей
дипломатической службы), которые постепенно привели меня к глубокому
скептицизму касательно абсолютной ценности личных контактов для улучшения
межгосударственных отношений. Должен также заметить, что визитеры из нашего
конгресса значительно отличались друг от друга по степени личной выгоды,
которую они извлекали из этих поездок"[6].
Последнее замечание, по необходимости темное под пером
профессионального дипломата, проясняет поведение официальных лиц из США,
гужом тянувшихся тогда в Москву. Летом 1946 года в нашу столицу явилась,
например, делегация по вопросам репараций во главе с крупным
нефтепромышленником Э. Поули; основная задача делегации заключалась в том,
чтобы познакомить советские органы с принципом "первой заимки", а именно,
разъясняет в книге "Потрясенный мир" (1977) американский историк Д. Ерджин,
"репарации из текущей продукции, то есть из продукции германской экономики,
снижаются до минимума. Во-вторых, экспорт из этой продукции сначала идет на
оплату товаров, ввозимых с Запада, а только потом на репарационные поставки
Востоку. Германия включается в многосторонний, находящийся под американским
контролем мировой экономический порядок до выплаты репараций (в сущности,
помощи) советскому союзнику... Некоторые члены американской делегации не
скрывали своей враждебности, находя и эти директивы слишком мягкими, другие