Макс Вебер. Наука как призвание и профессия -
28 >
невозможно обсуждать в аудитории, ибо утвердительный ответ на данный вопрос
является предпосылкой занятий в аудитории. Я лично решаю
вопрос
утвердительно уже моей собственной работой. И утвердительный ответ на него
является также предпосылкой той точки зрения, разделяя которую -- как это
делает сейчас или по большей части притворяется, что делает, молодежь, --
ненавидят интеллектуализм как злейшего дьявола. Ибо тут справедливы слова:
"Дьявол стар -- состарьтесь, чтобы понять его". Данное возражение надо
понимать не буквально, а в том смысле, что, желая покончить с этим дьяволом,
надо не обращаться в бегство при виде его, как обычно предпочитают делать, а
с начала до конца обозреть его пути, чтобы увидеть его силу и его границы.
Сегодня наука есть профессия, осуществляемая как специальная дисциплина
и служащая делу самосознания и познания фактических связей, а вовсе не
милостивый дар провидцев и пророков, приносящий спасение и откровение, и не
составная часть размышления мудрецов и философов о смысле мира.
Это,
несомненно, неизбежная данность в нашей исторической ситуации, из которой мы
не можем выйти, пока остаемся верными самим себе.
И если в нас вновь заговорит Толстой и спросит: "Если не наука, то кто
ответит на вопрос: что нам делать, как устроить нам свою жизнь?" -- или на
том языке, на котором мы говорим сегодня: "Какому из борющихся друг с другом
богов должны мы служить? Или, может быть, какому-то совсем иному богу -- и
кто этот бог?" -- то надо сказать: ответить на это может только пророк или
Спаситель. Если его нет или если его благовествованию больше не верят, то вы
совершенно определенно ничего не добьетесь тем, что тысячи профессоров в
качестве оплачиваемых государством или привилегированных маленьких пророков