Макс Вебер. Наука как призвание и профессия -
20 >
длительного обсуждения.
Я спрашиваю только об одном: как может, с одной стороны, верующий
католик, с другой -- масон, слушая лекцию о формах церкви и государства, как
могут они когда-либо сойтись в своих оценках данных вещей? Это исключено. И
тем не менее у академического преподавателя должно быть желание принести
пользу своими знаниями и своим методом и тому и другому. Такое требование он
должен поставить перед собой. Вы справедливо возразите: верующий католик
никогда не примет того понимания фактов, связанных с происхождением
христианства, которое ему предложит преподаватель, свободный от его
догматических предпосылок. Конечно! Однако отличие науки от веры заключается
в следующем: "беспредпосылочная" в смысле свободы от всяких религиозных
стеснений наука в действительности не признает "чуда" и "откровения", в
противном случае она не была бы верна своим собственным "предпосылкам".
Верующий признает и чудо и откровение. И такая "беспредпосылочная" наука
требует от него только одного, не менее, но и не более: признать, что,
если
ход событий объяснять без допущения сверхъестественного вмешательства,
исключаемого эмпирическим объяснением в качестве причинного момента, данный
ход событий должен быть объяснен именно так, как это стремится сделать
наука. Но это он может признать, не изменяя своей вере.
Однако имеют ли научные достижения какой-нибудь смысл для того, кому
факты как таковые безразличны, а важна только практическая позиция? Пожалуй,
все же имеют.
Для начала хотя бы такой аргумент. Если преподаватель способный, то его
первая задача состоит в том, чтобы научить своих учеников признавать
неудобные факты, я имею в виду такие, которые неудобны с точки
зрения их