Макс Вебер. Наука как призвание и профессия -
10 >
-- ведь именно она своим бессмысленным "прогрессом" обрекает на
бессмысленность и самое смерть. В поздних романах Толстого эта мысль
составляет основное настроение его творчества.
Как тут быть? Есть ли у "прогресса" как такового постижимый смысл,
выходящий за пределы технической сферы, так чтобы служение прогрессу могло
стать призванием, действительно имеющим некоторый смысл? Такой вопрос
следует поставить. Однако он уже будет не только вопросом о том, что
означает наука как профессия и призвание (2) для человека, посвятившего ей
себя. Это и другой вопрос: каково призвание науки в жизни всего
человечества? Какова ее ценность?
Здесь противоположность между прежним и современным пониманием науки
разительная. Вспомните удивительный образ, приведенный Платоном в начале
седьмой книги "Государства", -- образ людей, прикованных к пещере, чьи лица
обращены к ее стене, а источник света находится позади них, так что они не
могут его видеть; поэтому они заняты только тенями, отбрасываемыми на стену,
и пытаются объяснить их смысл. Но вот одному из них удается освободиться от
цепей, он оборачивается и видит солнце. Ослепленный, этот человек ощупью
находит себе путь и, заикаясь, рассказывает о том, что видел. Но другие
считают его безумным. Однако постепенно он учится созерцать свет, и теперь
его задача состоит в том, чтобы спуститься к людям в пещеру и вывести их к
свету. Этот человек -- философ, а солнце -- истина науки, которая одна не
гоняется за призраками и тенями, а стремится к истинному бытию.
Кто сегодня так относится к науке? Сегодня как раз у молодежи появилось
скорее противоположное чувство, а именно что мыслительные построения науки
представляют собой лишенное реальности царство надуманных абстракций,