Вазиф Мейланов. Другое небо.Ложные стереотипы российской демократии.Анализ Чеченского кризиса -
57 >
"третьего мира" и в примитивных обществах..."
Автор запутался в двух соснах? Да нет, сосен тут больше...
Шафаревич не выявил, как мне думается, принципиального различия между
европейским и русским способами, структурами мышления. А различие это, на
мой взгляд, вот какое: русские мыслители, русские пророки и обольщаемый ими
народ делают ставку на попадание в идеал. У них вечно последний
и
решительный бой и чаемое за ним блаженство, всемирная гармония, рай
Достоевского, церковь становится государством, а государство церковью и т.д.
и т.п. И все потому, что они знают не "предпоследние" (по Шестову), а вот
именно последние слова. Ну вот большевики и сделали партию-церковь
государством, а государство партией-церковью. Что, немножко не та, что у
Достоевского, церковь? И в Испании была не та? А церковь-государство всегда
будет не та: форма определяет содержание.
Запад взял в определение человека свободу (чего не делало и не делает,
пока, Русское Сознание), он не знает какие новые беды готовит человеку,
желающему быть свободным, мир и потому открыт и спасается новым пониманием и
новым предложением "как быть", он делает ставку не на содержание, а на
форму, на методологию, на структуру, а Русское Сознание, наоборот, делает
ставку на содержание, снимающее все проблемы и решающее загадку
человека.
Вот тут-то и выясняется, что в некотором смысле Запад имеет концепцию,
которую считает единственной: это концепция неединственности, концепция
свободы мысли и слова, пониманий и предложений, это концепция обязательности
структуры, формы, не препятствующей появлению и обсуждению различных
содержаний.
А у Русского Сознания ставка не на форму, а на содержание:
"Они, дураки, структуры свободы придумали (и их что ни день