Вазиф Мейланов. Другое небо.Ложные стереотипы российской демократии.Анализ Чеченского кризиса -
44 >
В камеру ко мне (в этот мой приезд в Махачкалу) посадили бывшего
профессора МАТИ Виктора Корзо, осужденного за подстрекательство к даче
взятки и сидевшего недалеко от Махачкалы в поселке Шамхал, в лагере
усиленного режима. Профессор сказал мне, что в изоляторе он по своим делам,
но занимался он исключительно моими делами -- целыми днями убеждал меня
написать заявление. Он уговаривал меня месяц! Нас в камере было двое, и
однажды дело дошло до того, что в камеру вошел начальник оперчасти капитан
Абдуллаев и вместе с Корзо стал убеждать меня написать заявление! Тут уж я
возмутился, и нас с Корзо развели. Корзо еще сидел со мной, когда Кехлеров
на одной из встреч дал мне номер "Московских новостей" со статьей Лена
Карпинского "Нелепо мяться перед открытой дверью". Прокурор очень просил
меня прочесть эту статью и перестать мяться перед открытой дверью. В камере
я прочитал статью и попросил Корзо: "Витя, проверь-ка: дверь не открыта ль?"
Оказалось, нет. Я расхохотался, улыбнулся и Корзо. Оказалось, что не такая
уж она и открытая -- эта дверь. Выйти через нее можно было только на
условиях.
Но -- как я еще до поездки в Махачкалу сказал порученцам Президиума
Верхсовета -- на условиях и Зоя Космодемьянская у фашистов могла выйти.
Им очень надо было меня выпустить, но выпустить чуть не тем, каким я
вошел в Лабораторию. Сломить, а там уже объявлять себя инициаторами
демократии и свободы слова -- и возразить будет некому: куда уж подписавшему
возражать -- не то настроение... Не вышло. Песчинка, попавшая в машину,
сломала механизм.
Уголовной партии как не красть. Она и крадет: открыто, гласно,
демократично лжет расчеловеченной стране. Нужен суд над преступной
партией.