Вазиф Мейланов. Другое небо.Ложные стереотипы российской демократии.Анализ Чеченского кризиса -
35 >
письма, направленного ею на предмет публикации его в газету "Комсомольская
правда", с ее разрешения и на примере ее письма я показал структуру
расчеловеченного сознания советского. Ее письмо я привел полностью, свои
комментарии отдельно от него. В предисловии к работе (она написана в 1977
году) я писал:
"Свободу слова нам никто не подаст -- ее надо брать самим".
Двадцать пятого января 1980 года я был арестован: за выход на площадь с
плакатом, на котором мною было написано:
"Протестую против преследования властями А.Сахарова. С идеями должно
бороться идеями, а не милицией. Сахаровы нужны обществу -- они осуществляют
истинный, неформальный контроль над действиями государства. Все беды этой
страны -- из-за отсутствия в ней свободы слова. Боритесь за свободу слова
для идейных оппонентов коммунизма -- это и будет Вашей борьбой за свободу
слова!" Наконец, третий пункт обвинения: преступными книгами, даваемыми мною
людям для чтения были: мои "Заметки на полях советских газет", "Окаянные
дни" Бунина, "Архипелаг ГУЛаг" и "Бодался теленок с дубом" Солженицына,
"Некрополь" Ходасевича, "Жизнь Сологдина" Панина.
Уголовниками из КГБ были сочтены криминальными мои записи на полях
нескольких томов сочинений Ленина, на брошюре Андропова и на полях
"Государства" Платона -- эти книги были изъяты из моей библиотеки, заодно
были изъяты книги, не содержавшие пометок на полях: стенографический отчет о
процессе Бухарина-Пятакова и первое издание стенографического отчета о 18
съезде партии, плюс изданный в Париже доклад Хрущева на закрытом заседании
XX съезда, плюс Библия канадского издания.
Была изъята часть моих подготовительных записей к новым работам, другая
часть, отданная на хранение, после моего ареста была в испуге сожжена