Александр Голенков. О смысле новейшей российской истории -
21 >
усердно гордиться, и на своем примере показывают, что надлежит игнорировать.
Ни слова о покаянии: табу. В их проповеди нераскаянного
христианства-язычества - все то же самое ветхозаветное бытие, где с одной
стороны непременно быть должен враг; с другой же - все то, что
В`Р`А`Г`О`М` Э`Т`И`М` О`П`Р`Е`Д`Е`Л`Я`Е`М`О. Вот это последнее
для
них - "Родина" и "Отечество". Родины и Отечества для них нет без
врага, ибо
Враг, получается, даже главней ... "своего", "брата", "друга" в о?ПРЕДЕЛении
его:
Если один "свой", "друг", "брат" паст в битве с врагом, его заменит
другой (как даже поет один человек в одной песне, "...А мы бьем в тантам;
Ясны соколы тут, ясня соколы там; Сокол летит, а баба родит..."); но если
исчезнет сам Враг, то потерю эту в бытии уже больше ничем не восполнить!!!
Отсюда напрашивается ужасающий вывод, что миру такого о?ПРЕДЕЛения
просто ... НУЖЕН ВРАГ, еще даже больше, чем Бог!
(По сути-то, Бог, как ему даже кажется, вовсе не нужен) Ибо Бог для
него - какой-то достаточно "малозначительный фактор" <конечно же, по
сравнению с Врагом!> в деле построения гордыни. К тому же,
Бога
христианского для этого трудно очень приспособить (целых
несколько первых
веков христианства никак не могли...), и тут с Ним сразу же возникать
начинают проблемы (некоторые из этих прооблем мы, собственно, здесь
обсуждаем...); Враг же для нее значит все! И все становится сразу понятно
(не надо больше никаких "философий"). Все становится сразу на свои места (не
"философствуй" давай, а становись сразу в строй!). Враг - этот то, в
отношении кого она, собственно говоря, вы?гораживается. Враг позволяет
держать себя в форме, и "в форме" - в БУКВАЛЬНОМ ЗНАЧЕНИИ СЛОВА (форма,