Дмитрий Рогозин. Мы вернем себе Россию -
2 >
движение страны в сторону позитива. Государство, еще недавно разъедавшееся
региональными амбициями, теперь укреплено, - воссоздана управленческая
иерархия, пресечены наиболее опасные нарушения общероссийского
законодательства, в основном подавлен вооруженный сепаратизм. Созданы
Государственный Совет, система федеральных округов и институт федерального
вмешательства в ситуации, когда органами власти на местах попирается
Конституция. Реформирован Совет Федерации, от хаотического законотворчества
удалось перейти к системной и плодотворной работе парламента. Государство,
наконец, обрело свои символы - герб и гимн, граждане получили новые паспорта
с двуглавым орлом вместо документов несуществующего СССР.
В целом в 2000-2002 годах остановлена дезинтеграция государства.
Началось формирование новой политической и экономической структуры, которая
в прежние годы только имитировалась. От саморазрушения 90-х годов ХХ века мы
перешли к некоторой стабилизации государственной системы, остановлено
падение экономики и даже зафиксирован ее рост, хотя и крайне недостаточный.
Однако послереволюционная реакция явно затянулась. Времени, чтобы перевести
дыхание, было предостаточно.
"Кто ты, Россия? Мираж? Наваждение?", - писал поэт Максимилиан Волошин,
отражая своим вопросом вековую загадку. "Россия - это Запад", - утверждали
одни. "Россия - это Восток", - настаивали другие. И лишь немногие говорили:
мы и Запад, мы и Восток, и мир в нас самих отразился во всем многообразии.
В российской истории выбор между "левыми" и "правыми" всегда обретает
форму спора "западников" и "почвенников". Но что для нас Запад и что для нас
Восток?
Запад для нас - это, прежде всего, историческая Европа с ее
