Ю.Г.Фельштинский. Вожди в законе -
99 >
указывалось в сообщении, -- следует рассматривать 10 февраля" и "по
истечении предусмотренного договором семидневного срока германское
правительство считает себя свободным действовать в любом направлении".
Копия сообщения была переслана командованию германского Восточного
фронта. Последнее 16 февраля в 7.30 вечера известило русское командование,
что "с 12 часов дня 18 февраля между Германией и Россией возобновляется
состояние войны". По крайней мере именно так 17 февраля передал по прямому
проводу из Бреста в Петроград генерал А. А. Самойло. В 13.42 Троцкий послал
спешный запрос в Берлин, где указал, что советское правительство считает
телеграмму провокационной, поскольку даже в том случае, если Германия решила
отказаться от перемирия, "оповещение об этом должно происходить по условиям
перемирия за семь дней, а не за два, как это сделано". Советское
правительство в связи с этим просило немедленно разъяснить недоразумение.
18 февраля германское главнокомандование в разъяснении за подписью
Гофмана указало что "предусмотренный в договоре о перемирии семидневный срок
начался [...] 10 февраля и истек вчера. В связи с тем, что русское
правительство отказалось заключить мир с Германией, Германия считает себя
свободной от любых обязательств и оставляет за собою право прибегнуть к тем
мероприятиям, которые она сочтет нужными".
Германский ультиматум не был поддержан союзником Германии
Австро-Венгрией, чье правительство высказалось против возобновления военных
действий и передало по этому поводу Германии официальный протест. Немцы,
впрочем, попросили австрийцев "подождать с провозглашением своей позиции" до
тех пор, пока о германских условиях не будут формально уведомлены Советы.