Ю.Г.Фельштинский. Вожди в законе -
77 >
свержение социалистического правительства в России. Таким образом, революция
в Германии виделась революционерам единственной гарантией удержания власти
русским советским правительством.
Иначе считал Ленин. В октябре 1917 года, прорвавшись из швейцарского
небытия и молниеносно захватив власть в России, он показал своим
многочисленным противникам, как недооценивали они этого уникального человека
-- лидера немногочисленной экстремистской секты. Большевизм не только
захватил власть в России, но создал реальный и единственный плацдарм для
наступления мировой революции, для организации коммунистического переворота
в той самой Германии, от которой, как всеми предполагалось, будет зависеть
конечная победа социализма в мире. Германская революция отходила для Ленина
на второй план перед победившей революцией в России. Более того: Ленин не
должен был торопиться с победой революции в Германии, поскольку в этом
случае центр тяжести коммунистического мира перемещался в индустриальный
Запад и Ленин оставался всего лишь главой правительства "неразвитой",
"отсталой" и "некультурной" страны.
В свете изменившихся взглядов Ленина на революцию в Германии и
необходимо рассматривать всю историю Брест-Литовских переговоров декабря
1917 -- марта 1918 года, закончившуюся подписанием мира с Германией и
другими странами Четверного союза. Позиция Ленина на этих переговорах --
отстаивание им "тильзитского мира" ради "передышки" в войне с Германией --
кажется настолько разумной, что только и не перестаешь удивляться
авантюризму, наивности и беспечному идеализму всех его противников -- от
левых коммунистов, возглавляемых Бухариным, до Троцкого с его формулой "ни
война, ни мир". Правда, позиция Ленина кажется правильной прежде всего