Новые книги

53 >

него".
     В тот же день это письмо было передано Сталину. Последний послал запрос
Ленину, и Ленин дал следующий ответ:
     "Я смутно припоминаю, что в решении этого вопроса я участвовал.  Но как
и что, забыл. Знаю, что участвовал и Зиновьев. Прошу не решать без  точной и
подробной справки, дабы не ошибиться, и обязательно спросить у Зиновьева".
     Больному  и  к тому времени забывчивому  Ленину  Ганецкий напомнил: "Вы
были за то, чтобы Моору возвратить деньги. Во всяком  случае, необходимо  со
стариком покончить".
     Зиновьев 20 мая  дал  по  этому вопросу  следующий ответ  Сталину:  "По
моему,  деньги  (сумма большая)  надо  отдать в  Коминтерн.  Моор все  равно
пропьет их. Я сговорился с Ганецким не решать до приезда Радека".
     Это  первый  документ  из которого  следует  со всей очевидностью,  что
советское  правительство  не считало,  что  оно  действительно должно  Моору
деньги. И деньги Моору  тогда не вернули, а  привезенные Ганецким кроны были
переданы в Финотдел.
     Моор терпеливо  ждал, писал, ходил по инстанциям и кабинетам, одалживал
деньги у знакомых, в том числе у Радека, особенно хорошо знавшего и Моора, и
существо  дела. 23  августа  1923 года, т.е.  по прошествии более чем  года,
Зиновьев  попросил  Сталина выдать Моору "100 червонцев, а то он доит  лично
Радека".  В тот же  день на заседании Секретариата ЦК было принято  решение,
поступившее на хранение  в "особую папку"  Политбюро, Секретариата и отделов
ЦК, где лежали особо  секретные постановления, не вносимые в общие протоколы
заседаний (это было еще одно указание  на  то, что деньги, требуемые Моором,
не  были  деньгами  Моора):  "Согласиться  с  предложением  т.  Зиновьева  о
предварительной выдаче  т. Моору  100 червонцев, но с тем, чтобы весь вопрос
был решен совместно с т. Молотовым по его приезде".

Следующая

53 >